— Он чужой.

— Все равно нам нужен человек беспристрастный, со стороны. Если ты веришь во всякую чушь, то это еще ничего не значит.

Я достал из кармана блокнот, прочитал ему свои записи и швырнул его на комод.

— Пора бы тебе за ум взяться, братец Билл.

— Это не наш отец! — свирепо отчеканил Билл. — Уиллард Келли не такое уж редкое имя. Черт возьми, да меня самого так зовут.

— Значит, по-твоему, это просто совпадение?

— Конечно!

— Два Уилларда Келли. Оба ровесники. Оба адвокаты из Нью-Йорка. Оба закончили один и тот же колледж.

— Может быть. Почему бы и нет?

— Ехал бы ты обратно в Бингхэмптон. Ты слеп на оба глаза. От тебя будут одни неприятности.

Он долго смотрел на меня, а потом подошел к кровати и сел, скрестив ноги по-турецки. Выглядел он растерянным: сидел, опустив голову, и водил по покрывалу своим толстым пальцем.

Немного погодя он сказал:

— И это мой отец?.. Он не был таким.

— Конечно. Он изменился, стал другим человеком. Ушел из синдиката и уехал в другой город.

В его глазах заблестели слезы.

— Это правда?

— Похоже на то.

— Значит, в газетах и в самом деле писали о нем?

— Ты и сам это знаешь.

Он яростно ударил кулаком по кровати.

— Ну и как, черт возьми, я могу его после этого уважать?

Я вытащил свой стеклянный глаз, положил его на комод и подошел к Биллу.

— Будь добр, встань.

— Зачем? — удивился он.

— Что-то ты слишком легко теряешь уважение к своему отцу.

— Рэй, я не хочу с тобой драться.

Он поднялся с кровати, широко раскинув руки, и я ударил его в челюсть.

После второго удара он отдернул голову, и я промахнулся, потому что еще не наловчился рассчитывать расстояние. По инерции меня бросило вперед, я пролетел мимо него и упал, но тут же вскочил. Билл покраснел и заплакал, но продолжал сбивать меня с ног. Потом он опустил руки и, покачав головой, прошептал: «Хватит!» Я снова поднялся и ударил его левой. Он не сопротивлялся. Я ударил правой, потом опять левой.